Дикий цветок - Страница 115

115

— Но я просто хотела сменить предмет разговора, — надув губы, изрекла Присцилла. — Я горжусь историей твоей семьи.

— Я знаю, Присцилла, но никому, кроме нас, она не интересна. Лучше выпей. Быть может, это поможет тебе расслабиться.

— Неплохо бы, — сказала она.

Вцепившись в графин, молодая женщина порывисто налила себе вина.

Томас вздохнул и, оставив ее, присоединился к мужчинам.

Пока все пили портер, курили сигары и говорили о войне, Томас думал о девушке, на которой женился. Он не мог ее понять. Если женщина любит мужчину, то не является ли наиболее естественным для нее желать с ним физической близости, хотеть почувствовать его в себе, прижиматься и обнимать его тело? Присцилла говорит, что любит его. Не связано ли поведение жены с тем, что она чувствует: Томас не отвечает на ее любовь взаимностью? Может, поэтому она не в состоянии полностью отдаться ему. Не исключено, впрочем, что Присцилла чувствует отвращение ко всему имеющему отношение к половому акту. Пот… плотские жидкости… спаривание, подобное животному… ощущение производимого над нею насилия… боль…

Лицо мужчины покраснело. Со стыдом он думал, что Присцилла кричит, что ей больно, еще раньше, чем он успевает ею овладеть. О наслаждении тут даже речи не заходит. Что ему делать? Томас не хотел насильно набрасываться на жену. Ранее он старался быть внимательным и нежным, но его терпение иссякало по мере того, как уменьшалось время до отъезда на войну. Быть может, он совершил непростительную ошибку? Быть может, он ошибся насчет чувств, которые Присцилла к нему питает? Не исключено, что девушка чувствовала всего лишь легкое увлечение, вызванное его красотой, видным положением семьи и родственными связями Толиверов с королевским семейством — и все это по ошибке приняла за любовь. Не лгала ли она Томасу, когда говорила, что хочет детей не меньше его?

Молодой человек взглянул на отца. Несмотря на преклонный возраст, он все еще красивый и крепкий мужчина. Мама до сих пор его любит и считает неотразимым. Джессика полюбила его раньше, чем он ее, — кажется, так, если Томас правильно интерпретировал тот подслушанный разговор. Анри и Бесс, Джереми и Камилла — давно в браке. Они счастливы, так, по крайней мере, ему кажется. Как же ему хотелось такого же счастья для себя и Присциллы! Но — об этом не стоило забывать — эти люди женились по любви.

Томас подумал, что, пока вино играет в голове жены, надо пользоваться минутой: алкоголь может ослабить сдерживающие инстинкты, и тогда они достигнут единственной (теперь он не кривя душой признавал это) его цели, ради которой он связался с этой девчонкой, ожидающей его сейчас в спальне с простынею, натянутой под самый подбородок.

Глава 62

3 сентября 1863 года

«Как оказалось, последние записи в дневнике я делала в июле 1861 года. Неужели прошло свыше двух лет с тех пор, как я записывала свои мысли и чувства, описывала страшные события, которые обрушились на Америку? Когда я вспоминаю о них, кровь стынет в моих жилах. Будучи матерью, я не могу воспринимать мою Родину как две отдельные страны. Трагедия войны нас объединяет.

Ничем не заполненные страницы отнюдь не означают, что в эти годы ничего не происходило. Просто к подобного рода занятиям, направленным на запечатление событий для потомства, у меня не лежала душа. Уже не говоря о том, что в эти годы возник дефицит бумаги и чернил. Я горько смеюсь, вспоминая, как Лоример Дэвис хвастался, что не пройдет и года, и конфедераты прогонят янки прочь. К маю 1862 года все будет кончено. Настало первое мая, но нигде не было видно ни лент, ни цветов, ни танцев вокруг флагштоков. Ни у кого не было праздничного настроения.

Боже правый, на самом деле не было! В апреле армия Конфедерации понесла огромные потери в битве при Шайло, штат Теннесси. Новый Орлеан оказался в руках северян. В июле флот федерации оккупировал Галвестон. В сентябре армия генерала Ли потерпела ощутимое поражение от превосходящих сил противника в сражении при Энт´итеме, штат Мэриленд. Домой потянулись раненые. Некоторые потеряли руку или ногу, другие оглохли, третьи ослепли. Сыну мясника отстрелили нос. Стоит послушать рассказы этих молодых людей, вернувшихся с полей сражений. Все они отправлялись на войну, сопровождаемые хвалебными речами, игрой оркестров и толпой, размахивающей флажками. В желудках их переваривалось жареное мясо, которым их угощали на пикниках и прощальных вечеринках. На их щеголеватой форме не было и капельки крови. Теперь они рассказывают об «огневых мешках», хотя большинство вообще ничего не рассказывает. Молчание подобно савану, подобно могиле окутывает их.

Газетные сообщения бьют наотмашь по сердцу. Большинство солдат с обеих сторон — еще совсем молоды и не имеют ни малейшего понятия о том, что такое война и как следует обращаться с оружием. Они даже не вполне понимают, за что воюют. Сражения проходят так же, как это бывало еще во время наполеоновских войн. Молодые люди выстраиваются в шеренгу и наступают на окопавшегося неприятеля. Те, кто доходит до укреплений врага, вступают с ним в кровопролитную рукопашную. Должно быть, то, что остается после этой резни, представляет собою самое мерзкое, самое неугодное Богу зрелище на земле. Немногим лучше этого ужасная антисанитария и грязь военных лагерей и отвратительные условия жизни, способствующие распространению всякого рода заразных болезней. Один репортер писал, что, даже если пуля вас пощадит, болезнь погубит всенепременно. Сын цирюльника Уолтера Бейтса умер от брюшного тифа. Билли Костнер заболел дизентерией и тоже умер. Оставленные на самотек корь, ветрянка, свинка и коклюш составляют далеко не полный список болезней, которые угрожают жизням солдат, живущих в лагерях, заваленных всяческими отбросами, объедками, навозом и разлагающейся требухой. Подпорченная пища и не вполне пригодная для питья вода — еще один источник постоянной смертельной угрозы для солдата.

115